Последний день может стать первым (Книга I)

– Штрауб нас тогда списал… Центр списал Хантэрхайм.

– Хантэрхайм не удержал оборону, и отбить его уже не могли.

– D40, не было прикрытия с воздуха для отступления. Ничего не было. Они подорвали тоннели, перебили отходные пути, и никто не прорвался… только мы с Герфом… Да и то, только потому, что нас не сразу заметили на побоище в огромном зачищенном городе. Потеря Хантэрхайма – это позор AVRG. Столько людей оказалось в ловушке.

– Центр не мог выслать истребители в город под лучевым ударом и остаться открытым.

– Да что теперь… Штрауб ждет то же, что и Хантэрхайм, только хуже – тогда они не могли бросить на штурм такие силы. Никто не прорвется за кольцо оцепления… Я знаю, что никто не уйдет… Но я так же знаю, что иногда случается невозможное…

– Случается только то, что кто-то может счесть невозможным.

– Можешь не продолжать… Просто я сейчас делаю то же самое. Я помню, как списали нас. Я помню это отчаянье, безнадегу… Я помню… и делаю то же самое.

– Не забывай, что ослабило оборону Хантэрхайма.

– Да, мы в этом повинны – мы это сделали! Из-за того, что уже тогда и ветер, и сигнал тревоги надрывались криком: «Стереть Ивартэн»!

– Планета не выдержит такого удара.

В глазах темнеет – вернее все приобретает затемненную четкость, где нет ничего, кроме…

– У тебя есть схемы лучевых пушек первого порядка… Макет в музее – настоящие оружие без преобразователя и заряда…

– Даже не думай об этом, S9.

“Защитник” сорвал с меня портупею и перехватил излучатель – не знаю, что за силы поднялись во мне, но я вырвал оружие из железной руки, шарахнув упором по предплечной панели до блокировки… Излучатель улетел в темноту тоннеля, а “защитник” заломил мне руку за лопатку… Не успело оружие клацнуть об пол, как я провел прием – освободился… “Защитник” сшиб меня, когда оружие было в пределе досягаемости. Извернулся, кинулся за излучателем, схватил ремень, но… Шейный позвонок чуть хрустнул под захватом… из горла вырвался сдавленный каркающий хрип удушаемой вороны…

– Довольно…

– Не поддавайся бреду.

– Довольно.

Он отпустил меня… Пытался устоять, но упал на колени – горло свело… Вспомнил первое правило рукопашного боя – никогда не вступать в рукопашный бой с андроидами – только, когда прокашлялся… Если машина решит тебя уложить – уложит на месте. Если решит обезвредить, обезоружит – сделает. Решит убить – убьет одним приемом.

– S9, возвращайся.

– Я помню все, каждую мелочь – помню, как крысы бежали по тоннелям у нас под сапогами. Крысы… Крысы были везде… Бежали при каждом штурме, вылезая неизвестно откуда… D40, не нормально это, что котов нигде не было и информации о них не было. Их прикрывали.

– Возможно. Кот говорил, что они изолированно жили в Альвэнхайме.

– Не могли их в Альвэнхайме… Крысы, которых изгнали из лабораторий вместо того, чтобы ликвидировать, и не трогали на протяжении стольких лет, коты… Крысы еще понятно, но вот таких котов не заметить невозможно – у них концентрированный ментальный фон. У меня к ним пара вопросов будет…

Мне просто нужно убедиться, что все это не случайность… Может быть, это не столь существенно в общем, но для меня сейчас это имеет большое значение.

Запись№70 10. 09. 206 год Новой Техно-Эры 02:00

Сижу на полу около бункера. D40 стоит рядом. Крыс скребет лапой… Опять про него забыл…

– Что у тебя?

– Разведчик летит с севера на восток.

– Ясно.

Пришлось заставить себя войти в бункер. Ненавижу эту пустоту, в которой нет-нет, а прошмыгнет крыса, или разлегшийся где-нибудь на проходе кот лениво поднимет голову и засветит глазами, когда я буду через него перешагивать.