Последний день может стать первым (Книга I)

Вместо того, чтобы думать, битых пол часа просидел со скингерами в полном ауте. Размышления – благовидный предлог, чтобы остаться наедине с молчанием. Моя голова уже переполнена до краев, и сейчас мне нужна тишина и покой, чтобы все это переварить. Мои мысли меня же самого и пугают. Не могу сделать выбор – как об этом думаю – сразу просто клинит. Сижу и смотрю, как скингеры очухиваются потихоньку. Пять минут назад еще качались, а сейчас уже начали шуметь и суетиться. Вообще шумно здесь стало – не орет никто, но свистят, хрюкают, верещат – полный набор звуков, свойственных грызунам. Мой статус в глазах крыс поднялся чуть ли не до небес, и это опять же меня мучает: они пойдут за мной, куда только и когда только я ни скажу. Именно потому, что пойдут хоть сейчас, я и не могу отдать приказ. Время торопит, все готово… кроме меня…

Скингеры совсем расшумелись – иду в жилую часть сектора высшего состава.

Кот свернулся на подушке калачиком…

– Что, Кот, позавтракал?

– Нет. И не позавтракаю. Уже обедать пора.

– D40, пропиши программы крысиным ошейникам.

– Пропишу, но не сейчас.

“Защитник” ничего не спрашивает, ничего не делает, ничего не говорит… Сейчас мне только этого не хватало – начинаются проблемы с самым надежным из моих подчиненных. Я не способен долго сомневаться, но на сегодня дам себе отсрочку – такие вещи так просто не решаются. D40 все смотрит…

– Давай, Кот, завтракать – обедать вернее – для ужина, кажется, рановато. А ошейники… с этим позже разбираться буду. Многое еще надо обдумать.

Я уже метаю ножи в мишень, которую мне крысы со склада притащили, а Кот все что-то колупает лапой в миске.

– Что ты там ловишь? Хоть бы лапы помыл, раз в тарелку лезешь.

– Они чистые – я их облизал.

– Лучше бы не говорил.

– А что?..

D40 так и стоит на месте – за мной присматривает…

– Иди проверь что-нибудь или поторопи кого-нибудь!

Он подумал и пошел все-таки. Даже “крысиные ошейники” со стола не забрал – знает, что я потону в кодовых потоках, по крайней мере, на пару часов точно.

Подгрузил ошейник, чтобы просмотреть сохраненные в памяти приказы, подтвержденные генералами Совета… Все составлено и оформлено с предельной простотой, но это только для тех, кто собирается исполнить, а не подделать такой приказ. Черт ногу сломит. Полный завал. В дополнение к этому ко мне вернулась головная боль. Раны нужно в покое залечивать, не то они тебя до вечного покоя залечат. Хорошо хоть, что это остаточные явления.

Последний нож устремился к мишени… Даже не стал смотреть, куда он вонзился – по звенящему гудению поля и так понятно, что вошел в “голову” рядом с другими ножами… Кота мои действия возмущают, то ли ему мишень жалко, то ли ножи – разберешь его. Скорей всего – это мишень – человек, которого можно одушевить… Беру сухарь для Крыса и иду к бледным за картой. Не хочется их видеть, но мои желания сейчас – последняя вещь.

Пожалел, что решил позаботиться о своем “передатчике” – как только вручил ему сухарь (именно вручил – он берет еду лапками-руками, как человек), он начал возиться у меня на погоне и грызть его прямо над ухом.

Бледные разбрелись по сектору системных управлений, а у кого моя карта, понятия не имею… Подошел к командному пункту… Четверо из них ждут меня на входе – заслышав мои шаги, эти тени людей сразу повернулись в мою сторону. После проверки мои подчиненные, как в воздухе подвешены, в неизвестности. По-хорошему надо было им сказать… Да, первое поколение – не люди, и пусть по типу мышления они ближе к машинам, но они – живые. Что ж теперь… По мне лучше висеть в воздухе неизвестности, чем ползать по вполне известным болотам.

– Сегодня отдыхаем. Завтра… тоже.

– Ты ждешь?

– Еще есть время, чтобы ждать.

Смотрят… не понятно: то ли с сожалением, то ли с безысходностью, а, может, это что-то совсем другое, а я на них свои ощущения переношу…

– Фридрих Айнер, ты вернул жизнь умершему разуму.