Последний день может стать первым (Книга I)

– Ладно тебе. На душе погано.

– Кот, у всех на душе погано, даже у бледных.

– От этого как-то легче.

– Я серьезно, насчет завтрака.

– Понял.

– До тебя, Кот, доходит поздно, а то уже давно погано было бы.

– До тебя вообще не доходит…

– Значит, я буду завтракать один.

– Почему же? А как же твои любимые крысы, которых ты в расход пустить собираешься?..

– В расход? Если кто и погибнет, то все. Они всех уничтожат…

– Ты всех собираешься пустить в расход.

– Нет другого пути, крысы принимают условие.

– Ты им выбора не даешь.

– У них есть выбор – попытаться что-то сделать или не пытаться.

– А результат примерно одинаковый. Это не выбор. Крысы тебе доверяют… “Защитник” говорил, что есть другая возможность.

– Теперь понятно, кто тебя обработал.

– Айнер, а ведь он, в общем, прав.

– Он не прав – он так запрограммирован. Ему наплевать на все, что не касается его задачи – моей защиты. О ваших жизнях он думает только потому, что считает невозможным обеспечить выживание человека в случае крушения цивилизации и уничтожения всего живого. И в этом он, безусловно, прав.

– Но тебе все равно… Может быть “защитнику” и наплевать, что будет после того, как он исполнит долг, но он смотрит на мир с точки зрения вечности, где время и все такое не имеет особого значения. А ты смотришь на мир только с точки зрения людей, где ничего, кроме людей, не имеет значения. “Защитник” говорит, что если ждать, то…

– Ты понимаешь, что говоришь!? Ты понимаешь, чего ждать?! Зачистка Штрауба! Это миллионы смертей! Миллионы мучительных смертей! Ты понимаешь это?!

– Перестань, Айнер!..

– Уже нечего ждать! Нечего бояться! Останется только этот мир, который больше похож на полежалый труп! Впереди только распад!..

– Нет!.. Айнер, это чудесный мир… Да и вообще, его сделали люди. И убиваете его только вы – распадается он из-за вас. А мы?.. Мы такие же живые, как и вы, наверно…

– Тема закрыта.

– “Защитник” не позволит тебе этого сделать.

– Я знаю – эту проблему решить можно. Не рассчитывайте на него и не слушайте. Без меня он ничего не сделает, потому что все, что он делает – только для меня. И запомни – ни у меня, ни у вас выбора нет. Штрауб устоит – тогда не разрушится и весь этот мир. Мы сможем поддерживать его и дальше – все восстановим.

“Защитник”… Если не получится убедить, вырублю его после проверки. Главное, чтобы Кот смуту не посеял… Не сможет – все эти зверушки и так уже все понимают, а сделать ничего не могут. Без меня они ничего сделать не смогут…

У Кота ухо дергается…

– Что это значит?

– Нервный тик.

– Бывает. Кончай с этим. Я должен сохранить этот мир таким, как сейчас – нетронутым зачистками. Где “защитник”?

– Он в машинном отсеке, наверное, бледным помогает.

– Скоро в музей пойдем. Это единственное место, где могла сохраниться подходящая техника. Они не зачищают такие объекты – музеи стратегического значения не имеют.

– Они ошибаются.

– Об этом мы скоро узнаем. Если не найдем там то, что нужно, все к черту пойдет.

– Мы идем в музей! Ты мне обо всем расскажешь! Вы ведь меня возьмете, да? Я с вами.

– Если “защитник” тебя таскать согласится, то пожалуйста. Все, пошли.

– А насчет завтрака ты серьезно?