Боец тишины

Глава 50

Впихнул Войцеха в машину. В него столько крови вкачали, что даже на румянец хватило. У него улучшение стремительное, хоть он и вялый еще. И не только ему легчает. Эх, отблагодарит меня Агнешка. Верующие всегда склонны за падшие души заступаться и ничтожные жизни жалеть в надежде их спасти.

А вообще здоровый он – Войцех. Такой же здоровый, как и тяжелый, как и тупой… Зря он из армии ушел – вбили бы ему в голову порядок и применение полезное нашли бы. А может, мне его обработать? А что, завербую, заплачу, дам задание, не затрагивая его гордости, – и будет работать на нас, как миленький, не зная, что именно на нас работает. Агнешка ему подтвердит, что я из их родной разведки. Она же как раз так думает.

Намеками, конечно, разведки коснусь. Одними намеками надежнее – не подкопаются люди и… Люди больше без моих объяснений додумают, а главное – додумают то, что надо… что им надо и что мне на руку. Мои намеки для них – наводки, а мои недомолвки – проводники для их вымыслов. Для диверсии в их головах достаточно провести простую потаенную подготовку и проговорить последнее пусковое слово-катализатор – тогда взрыв домыслов обеспечен! Мне им с такой тактикой даже в мысли прокрадываться не нужно – они и без меня справятся. Стратегия у меня такая – не я людей штурмую, а они себя… под моим руководством. Всегда руководствуюсь основными законами физики – сила действия равна силе противодействия. Решил давить – дави осторожно. Решил бить – бей в точку наибольшей эффективности и наименьшего сопротивления.

Молодец я вообще. Вроде на волоске, а не вишу ведь – стою еще, выпрямившись во весь рост. Эх, гордитесь мной, Игорь Иванович, пусть и сомнительный повод для гордости я вам даю, – все же повод. Только вот плохо становится мне совсем. Зараза в крови гуляет лихая. Я же кровью с крысой обменялся, братаясь. А иммунитет у меня – хорош. Похоже, схватка с вирусом в разгаре. Температура зашкаливает. Черт… Не нужно мне с этим вирусом бороться… нужен мне этот вирус. Еще и адреналин перестал хлестать через край. Отпускает он меня, словно заморозка отходит. Видно, Войцех мне скулу сломал – боксер. Скверный перелом – со стороны не заметным особо бывает, а болит – зверски. Говорил же придурку, что нельзя меня по голове, – что моя голова не только мне нужна, но и ему. Правда, и я, как последний придурок себя повел. И вообще… Я ему обещал и собирался глотку перегрызть за такой удар, а теперь – его шкуру спасаю. Черт… Только неизвестно еще, что из этого получится. Пока его шкура в порядке, хоть и в дырах, но… В глазах у меня темнеет быстрее, чем вечереет. И дорогу я толком не различаю, а я – за рулем.

Проехал темный и тихий автосервис, присмотревшись, – проверяют, стоят машины. Остановился в пролеске чуть поодаль, стараясь успокоиться. Нет, не должны найти. Ничего и никого не найдут. Я же и о собаках позаботился – растворители собакам нюх отобьют. Правда, собак не должны были с собой брать. Это я так – для страховки, из осторожности. В конце концов, я с немцами дело имею… вернее дорогу я немцам перешел. А с ними надо всегда начеку быть – их попробуй недооцени. Достойные враги… и друзья – достойные. И весело с ними всегда, и дело никогда не стоит.

Подыхаю просто. Еще и нервничаю попусту. Знаю, что нельзя нервничать, оставаясь на месте, а все равно. Здесь же я не в простой засаде выжидать вынужден… здесь возле моей Агнешки ищейки рыщут. Снова адреналин нахлынул, и я готовлюсь сердечный приступ получить.

Глава 51

Глаза поляка чуть прояснились, мои – чуть замутились, так что мы с ним теперь на равных оказались.

– Ян, ты в порядке?

– Нет.

– А я…

– И ты – не в порядке. Войцех, а что с парашютом?

– А что?

– Ты сказал, что не открылся вовремя…

– Что, правда? Сказал?

– А то…

– Да это еще ничего… Раз как-то ветер был, к дороге сносить стало, а возле стояла стена… Так меня на стену занесло – встал на ней, а тянет…

– Что, правда?

Войцех усмехнулся.

– Правда…

– Стропы срезал?

– Да, с трудом… Думал, все… головой о бетон и…