Боец тишины

Глава 40

Я плохо помню, как взял машину, как сменил ее в пути, как проделал весь этот путь… Я вообще – плохо помню, плохо запоминаю… Крыса Шлегеля сдохла в дороге, лишь чуть опередив крысу Агнешки… Мой зверек еще держится, но на его рту насохла корка крови… Только зверек Войцеха еще так себе – в нем вирус активизируется не так скоро… как-никак – поляк парень крепкий. А меня война подорвала, вернее – пытки в плену…

В пограничных пещерах я никогда не был – подбираюсь к ним по картам. Крысы… Они должны там быть, как везде… Ведь мне нужны еще крысы… Мне нужно знать, как яды действуют на эту заразу. Как-то ведь – действуют… ведь саксонец – еще жив, хоть и плох… Не знаю, стимулирует этот яд иммунитет или угнетает – он действует на вирус, и дает отсрочку.

Глава 41

Подземелья были перекрыты, но мне со Шлегелем провести туда товарищей труда не составило. Расположились прямо в проложенном немцами коридоре. Их казармы пусты, как и пещеры, – все, что не забрали немцы, растащили поляки. Здесь нет ничего – только каменные стены и мрак. Как нельзя более неподходящее место для людей, думающих о скорой смерти. Пусть поляки считают, что у них особо тяжелый туберкулез. От этого им не намного легче все это вытерпеть будет. Но так лучше… у них – хоть надежда есть, что их болезнь, если и не излечима, то – длительна… А нам со Шлегелем надеяться не на что… только на передачу тканевых образцов, на будущее наших стран.

Агнешка от немца не отходит совсем – только и делает, что повязки ему на руках меняет… у него ведь совсем кожа облезла. Сыпь и у Агнешки, и у меня появилась… и скоро кожа сойдет. Но ничего – это терпимо, это еще не беда.

Засветил экран в моей руке, вызываю товарища и пишу, торопясь…

– Швед, откликнись наконец!

– Я в порядке, Охотник!

– Ты куда пропал?

– Да пока разобрался со всем… Трудно пришлось, но… Все в порядке!

– Швед, не порядок тут у меня. Ты мне нужен срочно. Дело важное – безотлагательное.

– Что еще стряслось? Снова запой, снова открывалка нужна?

– Нет… Контейнеры нужны.

– Что-то я не соображу никак… Знаешь, не выспался я просто, да и подхватил этот кашель…

– Мне контейнеры нужны для передачи вирусологических образцов. И клетка – изолятор для подопытного зверя.

– Ничего себе!

– Швед, давай без вопросов. Достань все через человека, который тебе в Берлине документы передал. И направляйся к польской границе. Я тебе карту с пометками оставлю на старом месте.

– Охотник, только у меня денег нет совсем. Я в Берлине еще не освоился, мне время нужно деньги достать…

– Я достану тебе… Ты жди… только жди.

– Постой, Охотник! Здесь же везде эпидемиологи карантинные зоны делают, блокпосты военные ставят…

– Пройдешь, Швед. Ты должен пройти. Все делай через того человека, координаты которого я тебе дал. Он в курсе всего, он все задачи решит. Ты только слушай его – и все.

– Охотник, а что если я одну из этих инфекций подцепил? Что-то вроде пневмонии?

– Не думай сейчас об этом – просто езжай ко мне.

– Как не думать?

– А вот так. Об этом я думать буду, когда ты приедешь.

Риск – запредельный риск… Но и черт с ним! Агнешка лезет мне под руку с неуместными ласками – страшно ей, одиноко…

– Агнешка, иди пока со Шлегелем посиди.

– С ним Войцех остался. Я устала, Вольф… Так устала… У меня голова мутная… Мне кажется, что я сильно заразилась…Эта болезнь сдирает кожу у меня с рук, с шеи – клочками, как от солнечного ожога… Но ведь туберкулезом так сразу и сильно не заражаются, Вольф…

– Этим – заражаются. Мы ослабли, видно, все от стрессов. Ты на Войцеха посмотри – он ничего еще… здоровый парень – и ничего.