Боец тишины

– А дальше что? Ты же обратно не сможешь.

– Смогу. Больно только будет.

– Давай я все же…

Я усмехнулся про себя – беспокоится за меня братишка. Просто, лично за меня еще никто никогда не беспокоился – было дело, начальник тревожился, но не за меня, а за исполняемое мной задание. Нравится мне, когда меня кто-то бережет, – приятно. Жаль только, что не Агнешке обо мне думать в голову пришло.

– Жди здесь. Подставляй руки. Живо!

Через забор не перелетел птицей, а осторожно сполз по бетонному блоку, стараясь не шуметь и не следить на не заасфальтированной земле. Пригнувшись, прислушался… подождал. Фонарь не зажег, пошел в темноте.

Осмотрел окна, нашел одно открытое. Присмотрелся к решетке – проще не открывать, а так… Расстояние между прутьев невелико, но решетка не вмонтирована в оконный проем, а закреплена так, что отнесена от окна на подходящее для меня расстояние. Должен пролезть. Только движения надо точно спланировать – прикинуть, продумать и прокрутить в голове все действия. Тогда точно пройду.

Подтянулся, попробовал каркас решетки как опору… протиснулся через прореху меж прутьями и оконным проемом, перелез на подоконник, просунул руку в щелку приотворенного окна, поддел фиксатор, толкнул окно и… тихонько спустился на пол. Эх, Игорь Иванович, посмотрели бы вы на меня сейчас, поняли бы, что пригоден я еще для таких поручений.

Полупустое служебное помещение обглодано лунным светом и выглядит прискорбно. Проверяю наличие сигнализаций, магнитных замков и электронных запоров. Ничего подобного нет и в помине – похоже, старое больничное здание оснащено наисквернейшим образом. Дверь заперта не на код, а на ключ. Такой замок – не беда. Мои верные отмычки блеснули в моей руке и впились в замочную скважину остриями. Ковыряюсь в замке крючьями. Неизменный щелчок, и – открыто. Коридор освещен скверно, но и к слабому свету надо привыкнуть – подожду. Прислушиваюсь и присматриваюсь, приоткрыв дверь, – порядок.

Определил аппаратуру слежения: неподалеку несколько камер – все проводные и все подключены к компьютеру на посту. Внедряться в систему и отключать их не стал – наскоро напустил на них помехи. Сопровождаемый ими, я невидимкой проследовал в коридор – стараюсь сориентироваться.

Сердце замерло, когда заметил идущего прямо на меня человека. Метнулся к стене – в сторону, во мрак… отомкнул мутно стеклянные дверные створы и скрылся на лестнице. Вслед за мной исчез и он – видно, заметил меня. Черт… Какого черта?!

Не знаю, отходить или продолжать поиски. Это ж не охранник мне встретился. А кто еще здесь может ночами шататься? Всмотрелся в мутное стекло… и переключился с плохо просматриваемого коридора на такое же смутное отражение. Вашу ж… Это ж я. Мое отражение в стеклянных дверях. Черт… Настоящий черт. Чуть сердечный приступ не получил. Вот так – покажешься себе на глаза неожиданно, и все. Я же себя в голове по старой памяти еще прежним вижу. Не надо было от зеркал избавляться – привык бы быстрей.

С тяжелыми мыслями о своей боеготовности блуждаю по коридорам, переходам и лестницам, а им конца нет. Достало уже в замках ковыряться. Наворотили здесь перекрытых отделений – никак сориентироваться не получается. Главное, – дознаться, где размещены медицинские посты, и держаться подальше… ведь возле них и палаты не пустуют.

Отделение кардиологии. Ха! Нет, сюда мне точно заявляться нельзя – не досчитаются на рассвете врачи заметивших меня пациентов. А в травматологию к дежурному врачу я не прочь наведаться за советом – только не время.

Покурил на лестнице, погрел душу мыслями, что ждущий меня братишка беспокоится так, что чуть с ума не сходит, и отправился осматриваться дальше. Угораздило же так заблудиться. Подвернись мне сейчас проектировщик под руку, – я б его… На его благо здание настолько старое, что он просто не мог не отойти в мир иной.

Посмотрел на часы, скривился от досады и двинул еще дальше.

Выругался, глядя на часы, разозлился и пошел вперед.

Встал в пустом коридоре, поднося часы к глазам, и рассмеялся, разгоняя остатки раздражения. Я ж не просто не знаю, куда зашел, но и, как назад вернуться – понятия не имею. До чего ж глупо… даже не досадно.

Заслышал отдаленный гул и остановился. Слышу неясные крики… кошмарные крики. Черт… Они что, ночами оперируют, пренебрегая наркозом?! Я что, на врачей с садистскими наклонностями нарвался?! Нет, не думаю, что в такой больнице таким веселым хирургам такие скверные выходки так просто сходят с рук. Только не стоит забывать, что, находясь здесь, я еще и следа охраны не заметил. Поначалу решил, что один вяло бродит на обходе, а другой – спокойно спит на посту. Только может быть и так, что охрана в сговоре с врачами и тихо молчит, слыша страшные крики. Простые садисты – вариант первый и вполне пригодный. А запрещенные операции – сомнительно, что их проводят в таком месте. Конечно, и не такое случается. Могло случится и так, что меня угораздило угодить и на объект под контролем властей. Я отер с лица холодную испарину, готовясь встретиться лицом к лицу черт знает с какими людьми и нелюдями. Обратного хода я дать не могу, как бы я ни хотел дать деру. Стою и слушаю, стараясь сосредоточиться.