Боец тишины

– Давно не виделись, Ян. Я бы тебя и не узнал, если бы так, на улице, встретил. Пошли ветчину жарить. Посмотрим, может, я вчера не всю съел…

Я схватил его за плечи, подтягивая к себе. Войцех с ухмылкой обхватил меня медвежьим захватом.

– Я тоже рад тебя видеть, Ян! Даже слов нет, как рад! Просто, я проснуться никак не могу – вымотался вчера.

– Твою ж… Войцех! Твою ж!..

Я вырвался из его хватки, оттолкнул его и… Я сейчас сердечный приступ получу. Как меня адреналин колотит… аж страшно становится. Схватившись за сердце, выскочил на лестницу… вспомнил про хромату и тяжело опустился на ступеньку… стал смотреть на уходящие вниз пролеты – так же отстраненно, как в пустой патронник…

Войцех хлопнул дверью и потащился за мной, оправляя второпях натянутые штаны. Эх, был бы у меня пистолет, не остался бы патронник пустым…

– Ян, а я что-то не пойму никак… Ты что так? Тебя, что по голове сильно били, да?

– Били… Сильно били…

Войцех сел на ступеньку, кладя мне на плечо тяжеленную руку… которую я сразу скинул.

– Да ты не говори, я вижу все. Не вспоминай зря – знаю я, трудно такое из головы выставить, так что не надо все снова в голову впускать.

– Войцех, заткни глотку… не то я ее тебе перегрызу…

– Да можно и молча… Ян, только ты спокойнее… Ты всегда боялся, что тебя по голове бить будут, – знаю, не зря ты так… знаю, трудно тебе теперь думать будет. Только временно, Ян… все – временно.

– Больше я не боюсь ничего… И ничего мне теперь не трудно…

– Ты думать не торопись, раз уж так с головой вышло. Мне тренер всегда говорил, что не меньше месяца с мыслями переждать надо после такого.

Я уронил голову на руки, упертые в колени.

– Подозревал я… А все равно – надеялся…

– Месяц – не так уж и много, Ян. А там – можно мучить голову, сколько влезет… от гематомы и следа к тому времени не останется.

– Не дождалась… А обещала – дождаться…

– Агнешка? Да, не дождалась… Только она же не знала, что ты так рано приедешь, – ты же не предупредил.

Я сокрушенно повесил руки, складывая голову на грудь.

– Не дождалась…

– Я же сказал, не знала она. Не знали мы, Ян. Она ненадолго отошла – просто, решила пораньше пана Влодека навестить. Одинокий он старик – одна она у него отрада и помощница.

– “Волка” на “медведя” променяла… А ты, Войцех… Ты ж меня другом считал…

– Ян, а я и сейчас считаю.

– Войцех, я сейчас не соображаю… Только я… Я сейчас отойду и… Скоро я тебе глотку перегрызу, “медведь”! Мне зубы крепче и острее прежних вставили! Так что давай беги! Да без оглядки! Моей она будет! Моей! Ясно?!

– Ясно. Но она и так твоя.

– Она только моей будет – всегда! И больше ничье – никогда!

Меня обдало адреналином, и мир собрался в точку боевой готовности. Войцех недоуменно насупился, наклонил голову и начал напряженно соображать.

– Ян, ты что, думаешь, что мы с ней?.. Ты только не думай, что мы с ней… Ты что, Ян? Мы же друзья. Я у нее просто ночую пока – мне пока просто негде. Я зарплату еще не получил, и мне податься некуда.

– Ночуешь?! Просто ночуешь?!

– Ян, да ты меня не слушаешь.

– Не слушаю только твое вранье! А все остальное слушаю – и внимательно!

– Я правду говорю, Ян.

– Ври больше! Я тебе не детектор – меня не обманешь!

– Ты послушай, не кипятись. Кончились у нас твои деньги и…

– Мои деньги кончились?! Деньги пана Мсцишевского?!